рус / eng
Русская версияEnglish version

страница 2

ие относительно намерения Холли украсить эту комнату. — Украсить эту комнату? — медленно повторил Ройс и так же медленно повернул голову к жене, удивленно вскинув вверх бровь. — Что за идея! Она ни к чему не смеет прикасаться в этом доме. Во всяком случае, без моего позволения. Хотя, конечно, здесь немного темновато, да и вообще как то мрачно, тебе не кажется, Сидни? — Твоя жена сказала то же самое. — Ах, вот что! У нее, несомненно, нарушено чувство гармоничного восприятия света и тени. Не обращай внимания. Холли вспыхнула, но отец и дочь не обратили на это абсолютно никакого внимания. — Сидни, скажи мне, пожалуйста, что здесь можно сделать, чтобы комната обрела другой вид? — бестактно допытывался Ройс. — Ну, — медленно начала Сидни, — я бы сделала ее более светлой и более просторной, чтобы все громоздкие и тяжелые вещи не давили на психику и не съедали пространство. Но все зависит от того, отец, какой эффект ты хочешь получить и сколько времени и денег готов потратить на это. — После этого она долго рассказывала ему о современных концепциях светового оформления комнат, о качестве и расцветке штор и о расстановке мебели в соответствии с требованиями дизайна жилых помещений. — Все это, безусловно, потребует много времени, немало денег и, естественно, хорошего вкуса. Полагаю, что ты должен положиться в этом деле только на себя, отец. Ройс самодовольно кивнул и принялся кромсать ножом громадный кусок баранины. — Да, я непременно займусь этим, но только чуть позже. — Холли, дорогая, передай, пожалуйста, овощи, — слащаво приторным голоском промолвила Сидни. — Вот, правильно, побольше накладывай себе зеленого горошка, а не картошки. — Ройс, ты хочешь сказать, что сам станешь заниматься украшением комнаты? — робко поинтересовалась Холли. — Ты это имел в виду? — А что, неужели в моих словах есть хоть какая то двусмысленность? — глумливо посмеиваясь, спросил он у жены. Линдсей долго молчала, а потом нервно заерзала на стуле. — Мне бы хотелось помянуть бабушку и мою маму, — нарочито громко сказала она, чтобы хоть как то прервать надоевшую болтовню. — Мир их праху. Ройс снисходительно кивнул и поднял свой бокал с вином. — Как это набожно и благочестиво в твоих устах! — не без ехидства заметил он. — Впрочем, не стану с тобой спорить, Линдсей, хотя все таки должен заметить, что ты вряд ли хорошо знала как ту, так и другую. Да что там говорить! Ты даже на Рождество не удосужилась приехать домой. А твоя бабушка, между прочим, очень ждала тебя и была жутко разочарована, когда ты не приехала. Если не ошибаюсь, она несколько раз упоминала об этом прискорбном факте, правда, Холли? Что же касается твоей матери, то она вообще не заметила твоего отсутствия, что, впрочем, вполне понятно. Как может пьяный человек замечать что либо вокруг себя? — С этими словами он махнул рукой в сторону Холли. Было такое ощущение, как будто занавес опустился в финале этой мрачной пьесы, а за этим занавесом осталось жуткое и мерзкое прошлое, которое никогда больше не появится на этой сцене. Прошлое осталось позади, оно ушло безвозвратно и никогда больше не будет теребить ее израненную душу. Линдсей медленно поднялась из за стола, осторожно отодвинула стул и швырнула на стол салфетку. Она уже не ребенок и никогда не будет им. Настало время для решительных действий. Сколько можно бояться этого тирана! Она вполне взрослый человек и может делать то, что хочет, и то, что считает нужным в данный момент. А хочет она немедленно покинуть эту комнату, которая уже давно пропахла мерзостью
 



Фотогалерея